Главная / Каталог

Жаклин Ли Бувье Кеннеди

Надо сказать, что после похорон, в тот же день, по возвращении с Арлингтонского кладбища, Жаклин дала большой обед для всех глав государств, приехавших на похороны. Многие из них , несмотря на все свое <государственное" самообладание не могли сдержать волнения, высказывая Жаклин слова соболезнования! Не исключая Шарля де Голля. Она же держалась поразительно стойко: несколько скупых слезинок на людях. Плакала в одиночестве. Несколько месяцев спустя, едва сдерживая слезы, призналась одному из секретарей, помогавшему ей укладывать вещи для переезда: "Знаете, иногда утром я просыпаюсь и хочу сказать Джеку что - нибудь. Протягиваю руку, а его нет рядом со мной." Расстерянного секретаря потрясло это безыискусное выражение скорби и любви. "Я - кровоточащая рана, говорила она. Я полностью истощена. Моя жизнь кончена. Иногда у меня не хватает сил, чтобы встать с кровати!" После трагической гибели Джона Кеннеди его вдова и дети превратились в национальный символ, святыню. Им присылали подарки и приглашали в гости, разбивали сады в их честь и называли детей. Марокканский принц, очень ценивший дружбу с семьей покойного президента, подарил Джекки дворец в Марокеше, чтобы она в любое время приезжать туда вместе с детьми. Конгресс и сенат США определил Джекки как вдове покойного президента охрану и государственное содержание в 25 тысячдолларов в год. Вместе с доходами от фондов и трастовых компаний она получала около 75 тысяч.

Всю любовь и уважение, которую питал к покойному брату Роберт Кеннеди, генеральный прокурор США, сенатор и кандидат в лидеры от партии демократов, он перенес теперь на Жаклин и ее детей, постоянно находясь рядом, утешая и побадривая. Он общался больше с детьми Жаклин, чем своими собственными. Но Этель Кеннеди, его супруга, бывшая близким другом Джекки, ничуть не возражала. Одно время Жаклин даже хотела, чтобы Роберт Кеннеди усыновил ее детей, но он категорически отверг эту затею, как безумную. Жаклин и Этель активно помогали Роберту в начавшейся предвыборной кампании, сопровождали в поездках, присутствовали на больших встречах. В народе даже поговаривали о романе между генеральным прокурором и легендарной вдовой -свояченницей. Роберт, не сдерживаясь, фыркал и хохотал, слыша об этом, Жаклин с негодованием опровергала все сплетни, но относилась к Роберту с каким то трепетным уважением, ловя каждый его жест, каждую фразу. Может, он просто напоминал ей Джона? Братья были очень похожи. А может, между ними и существовала искра взаимного притяжения, кто теперь разберет? Да и надо ли - разбирать?

Большому политическому взлету энергичного, решительного и очень обаятельного по - человечески второго брата Кеннеди не суждено было состояться. 5 июня 1968 года Роберт - Фрэнсис Кеннеди был смертельно ранен в отеле "Амбассадор", в Лос - Анджелесе, через несколько минут после того, как он победил на первичных выборах лидера демократической партии в Калифорнии , в присутствии беременной жены и толпы народа!

Врачи более шести часов боролись за его жизнь, но вновь не смогли ничем помочь. Этель и, прилетевшая срочным рейсом из Нью -Йорка Джекки дежурили у постели безотлучно. Когда врачи объявили о смерти Роберта, Джекки не сдерживаясь, разрыдалась так, как она не плакала на похоронах мужа. Этель судорожно вслипывала рядом, и в промежутках между рыданиями обе молодые вдовы пытались как то утешить друг друга. Ужас, испытываемый ими, был просто непередаваем! Все члены семьи Кеннеди испытали глубочайшее морально - психологическое потрясение, маленькие дети Роберта и Этель плакали, не переставая, боясь выйти в школу или просто на улицу; Каролина безутешно рыдала наверху, в своей комнате, а Джон умолял дядю Теодора Кеннеди звонить ему каждый день по телефону, "чтобы просто знать, жив ли он!". Чтобы помочь детям и всей семье пришлось прибегнуть к помощи психологов и врачей. Америка вновь - в который раз!- застывала в ужасе от стыда и негодования!. Но жизни Роберта Кеннеди это уже не могло вернуть.

После смерти деверя Жаклин уже ничто не могло утешить. Она потеряла точку опоры, равновесие. Словно ощутила за своей спиной пропасть, бездну, безысходный мрак. Ужасающее чувство одиночества и беспомощности сводило ее с ума! Не помогали не путеществия, не транквилизаторы, ни углубленное изучение архива Кеннеди, ни составление памятных записок, ни чтение Библии.

Иногда, безудержно рыдая, она говорила Ненси Таккерман - преданной секретарше - и своей сестре Ли, опекавшей ее, что ненавидит "эту чертову Америку, убивающую своих лучших людей, что когда нибудь эта страна убьет и ее саму, и ее детей!"