Главная / Каталог

Стороны в гражданском праве

Подтверждением данному тезису служит философское толкование категории «содержание». Более того, как правильно приметила Г.Л. Осокина, содержание всегда отвечает на вопрос, из чего состоит данное явление или предмет, из каких составных частей оно складывается? Следовательно, содержанием объекта является то, что в нем содержится, т.е. его элементы, компоненты, которые характеризуют (индивидуализируют) его состав. Поэтому, установив его части, мы тем самым получаем знание о его составе (элементах), т.е. о его содержании.

Нельзя не согласиться с тем, что ни законодательство, ни практика не выделяет содержание иска как его самостоятельный элемент (ст. 34 ГПК), а тождество иска определяется именно по этим двум элементам. Поэтому выделение в качестве самостоятельного элемента иска содержания, осложняет понимание сущности иска.

Трудно также согласиться с авторами (К.И. Комиссаров, Г.Л. Осокина), которые называют в качестве третьего элемента иска – стороны, мотивируя это тем, что спор о праве возникает именно между определенными лицами, являющимися конкретными носителями субъективных прав и обязанностей. Однако, истец и ответчик, являются сторонами процесса, а не иска. Так, например, существо виндикационного иска не меняется в зависимости от того, предъявил ли его Иванов к Петрову или Павлов к Сидорову.

Рассмотренные позиции подводят нас к выводу о необходимости выделения в качестве элементов иска – предмета и основания иска. Посмотрим, каким смысловым содержанием наполнены данные категории.

Так, в гражданско-правовой литературе предмет иска определяется как материально-правовое требование истца к ответчику; как спорное правоотношение; как субъективное право, подлежащее защите; как защита; способ защиты.

Обращаясь к разбору всех перечисленных взглядов на предмет иска, необходимо сделать ряд критических замечаний.

На наш взгляд, определение иска как материально-правового требования истца к ответчику является неприемлемым как с теоретической, так и с практической точек зрения. Так, Г.Л. Осокина совершенно правильно замечает, что авторы данной точки зрения допускают элементарную тавтологию, определяя через материально-правовое требование, как сам иск, так и его предмет. При таком подходе полностью отождествляется иск и его предмет, что лишает всякого рода значение выделения в элементах иска его предмета.

Если руководствоваться этой позицией, то иски, предъявляемые процессуальными истцами, окажутся просто беспредметными, т.к. эти субъекты не являются участниками спорного материального правоотношения, являющегося предметом рассмотрения в суде. Более того, они не обладают правом на заявление материально-правовых требований к ответчику. В литературе определение предмета иска как спорного правоотношения также не получило поддержки, вследствие своей малоубедительности и было подвергнуто действенной критике.

Действительно, трудно согласиться с такой точкой зрения, поскольку в законе говориться, что в исковом заявлении должны быть наряду с другими данными, указаны его требования (п. 5 ч. 2 ст. 126 ГПК), а не правоотношение. В связи с этим спорное правоотношение не может считаться предметом иска. Субъективное право, на наш взгляд, не является предметом иска. Так, средство защиты (иск) и предмет защиты (субъективное право) – это разные вещи. Средство защиты (иск) нужно для того, чтобы защитить то, что служит предметом защиты, т.е. субъективное право.

Субъективное право не может быть составной частью средства защиты (иска). Если включать в состав иска субъективное право, то, что же остается защищать суду? Выходит, что субъективное право будет защищать само себя. Более того, в силу ст. 3 ГПК, предметом защиты в гражданском судопроизводстве могут быть не только субъективные права, но и охраняемые законом интересы. В подтверждение вывода приведем еще один аргумент. Так, определяя предмет иска как субъективное право нам необходимо признать возможность для распоряжения этим правом, используя основанный на принципе диспозитивности институт изменения иска (ст. 34 ГПК).

Однако в соответствии с действующим гражданским процессуальным законодательством правом на изменение иска обладают также лица, защищающие от своего имени чужое право или законный интерес (процессуальные истцы). Эти лица, как уже отмечалось в работе, не могут распоряжаться субъективными правами и законными интересами посредством замены одного права (интереса) другим, поскольку нельзя изменить того, чего не имеешь. Таким образом, определение предмета иска как субъективного права утрачивает свое теоретическое и как следствие этого практическое значение, в случае участия в деле процессуальных истцов.