Война в воздухе: авиация в период второй мировой войны

Файл : Bombard berlina.doc (размер : 185,344 байт)

МГТУ им Баумана

Война в воздухе:авиация в период второй мировой войны

ТБ-7

Бомбардировка Берлина

Студент

Усанов Алексей Владимирович

Группа

СМ 8-22

Москва 2005 г.

Март

Введение

Я выбрал эту тему, потому что мне нравится авиация в принципе, а в данной теме можно рассказать о стратегическом бомбардировщике ТБ-7 и его возможностях на примере бомбардировки Берлина в 1941г.

Перед самым началом войны

Сталин мог предотвратить войну.

Одним росчерком пера.

Возможностей было много. Вот одна из них.

В 1936 году в Советском Союзе был создан тяжелый скоростной высотный бомбардировщик ТВ-7.

Выдающиеся качества ТВ-7 были доказаны западным экспертам осенью 1941 года. Ожидалось прибытие советской правительственной делегации во главе с В.М. Молотовым в Великобританию и США. Предполагалось, что единственно возможный его маршрут через Сибирь и Аляску. Но Молотов на ТВ-7 полетел из Москвы в Великобританию прямо над оккупированной Европой. Необходимо вспомнить, кто господствовал в воздухе осенью сорок первого, чтобы полностью оценить степень доверия советского руководства этому самолету, Попади Молотов в лапы Гитлеру – и не избежать громкого процесса где-нибудь в Нюрнберге. И всплыли бы преступления интернационал-социализма, которые могли потрясти мир на много веков. И открылось бы, что интернационал-социализм творит не меньшие злодеяния, чем его кровавый брат национал-социализм, что оба вполне достойны нюренбергской скамьи.

Но Молотов не боялся попасть на скамью подсудимых. И Сталин, отпуская Молотова, не боялся процесса над своим режимом: Молотов летит не на чем-нибудь, а на ТБ-7! О чем же волноваться? И ТБ-7 не подвел. Он пролетел над Европой, погостил в Британии, слетал в Америку и вернулся тем же путем, еще раз безнаказанно пролетев над германскими владениями. В 1942 году Молотов вновь летал над Европой и вновь вернулся невредимым. После войны советская правительственная комиссия провела анализ действий германской системы ПВО во время этих полетов Молотова. Выяснилось, что в полосе пролета истребители на перехват не поднимались, на зенитных батареях тревога не объявлялась, постами наблюдения ТБ-7 не регистрировался. Проще говоря, германские средства ПВО не только не могли перехватить ТБ-7, но даже не смогли обнаружить его в своем воздушном пространстве.

Полковник (в те времена - капитан) Э.К. Пусеп, много раз водивший ТБ-7 над оккупированной Европой (не только с драгоценным телом Молотова), рассказывал: «Зенитка достает такую высоту не очень-то прицельно: можно сказать, почти на излете. Истребитель там тоже вроде сонной мухи. Кто мне чего сделает?»

Итак, задолго до войны в Советском Союзе был создан НЕУЯЗВИМЫЙ бомбардировщик и подготовлен приказ о выпуске тысячи ТБ-7 к ноябрю 1940 года. Что оставалось сделать?

Оставалось написать под приказом семь букв: И. Сталин.

Этот приказ позднее был подписан, но потом отменен, опять подписан и потом опять отменен. В итоге когда началась война, Сталин окончательно подписал приказ на серийный выпуск ТБ-7, но было уже поздно. За все время было выпущено 11 стратегических бомбардировщиков ТБ-7, да и те поначалу были без пятого турбо нагнетающего двигателя.

Когда первые ТБ-7 летали на недосягаемых высотах, конструкторы авиационных держав мира уперлись в невидимый барьер высоты: в разреженном воздухе от нехватки кислорода двигатели теряли мощность. Они буквально задыхались – как альпинисты на вершине Эвереста. Существовал вполне перспективный путь повышения мощности двигателей: использование выхлопных газов для вращения турбокомпрессора, который подает в двигатель дополнительный воздух. Просто в теории – сложно на практике. На экспериментальных, на рекордных самолетах – получалось. На серийных – нет.

Детали турбокомпрессора работают в раскаленной струе ядовитого газа при температуре свыше 1000 градусов, окружающий воздух – минус 60, а потом – возвращение на теплую землю. Неравномерный нагрев, резкий перепад давления и температуры – корежили детали, и скрежет турбокомпрессора заглушал рев двигателя; защитные лаки и краски выгорали в первом же полете, а на земле влага оседала на остывающие детали, и коррозия разъедала механизмы насквозь. Подшипники плавились, как восковые свечи. Хорошо на рекордном самолете: из десяти попыток один раз не поломается турбокомпрессор – вот тебе и рекорд. А как быть с серийными самолетами?