В. Гумбольдт и А.А. Потебня

Файл : ref-22329.doc (размер : 49,152 байт)

Основным в лингвистической концепции Гумбольдта является учение о тождестве “духа народа” и его языка.

Пытаясь объяснить сущность языка, В.Гумбольдт даёт несколько определений языка. Он полагает, что языкознание не решит ни одного вопроса, если оно не поднимется до понимания языка как деятельности духа. Поэтому Гумбольдт постоянно апеллирует к “духу народа”, под которым он понимает комплекс интеллектуальных ценностей и всю совокупность культуры народа, его духовное своеобразие. “Язык, - говорит он, - представляет собой беспрерывную деятельность духа, стремящуюся превратить артикулированный звук в выражение мысли”. Понять сущность языка можно только в том случае, если рассматривать язык в тесной связи с формированием “духа народа”, поскольку “язык в своих взаимозависимых связях есть создание национального языкового сознания”. “Дух народа” и язык настолько его настолько взаимосвязаны, что если существует одно, другое можно вывести из него. Эта связь нашла своё выражение в знаменитой формуле Гумбольдта: ” Язык есть как бы внешнее проявление духа народа; его язык есть его дух, и его дух есть его язык – трудно себе представить что-либо более тождественное”.

Гумбольдт относит язык к числу тех явлений, которые отражают характер народа. Вместе с тем духовные особенности народов определяют национальное своеобразие языков. Идеалистический подход Гумбольдта заключается в том, что национальные особенности языка он рассматривает не как результат исторического процесса формирования данного языка в тесной связи с общими условиями существования и развития говорящего на этом языке народа, а как проявление некого духовного начала, недоступной нашему пониманию абсолютной идеи. Признав ”дух народа” в качестве причины языкового разнообразия Гумбольдт говорит, что язык развивается по законам духа. Психический склад народа, его образ мыслей, философия, наука, искусство и литература, т.е. всё что входит в понятие “ дух народа”. Язык является своеобразным “промежуточным миром”, находящимся между народом и окружающим его объективным миром. Таким образом, язык у Гумбольдта выступает как деятельность, преобразующая внешний мир в собственность духа.

Гумбольдт теоретически обосновывает новое и чрезвычайно важное положение о том, что формой существования языка является его развитие. “Язык есть не продукт деятельности, а деятельность”. Понимая язык как деятельность, Гумбольдт подчёркивает не только динамизм языка, но и его активность. Активность языка проявляется в воздействии его как социального явления на индивидуума: чем индивидуум сознательнее пользуется языком, тем сильнее воздействует язык на его мышление.

Одним из первых в истории мирового языкознания Гумбольдт обосновал системный характер языка. В работе “О сравнительном изучении языков применительно к различным эпохам их развития” он определил основную задачу языкознания как изучение каждого известного языка в его внутренних связях, в его отношениях, ибо своеобразие природы целого выявляется всегда через отношение его составляющих. Гумбольдт приходит к выводу, что “в языке нет ничего единичного, каждый отдельный его элемент проявляет себя лишь как часть целого”.

Гумбольдт создал также знаковую теорию языка. В труде “О сравнительном изучении языков…” он отмечал, что язык есть одновременно и отражение, и знак. Слово – знак отдельного понятия, но нельзя себе представить, чтобы создание языка началось с обозначения словами предметов внешнего мира. Для того чтобы слово стало словом, оно не просто должно быть облачено в звуковую оболочку, а должно представлять собой двоякое единство – единство звука и понятия.

Гумбольдт различает язык и речь. Он, рассматривая живые языки, приходит к выводу, что все люди говорят как бы одним языком и в то же время у каждого человека свой язык, и выдвигает тезис о необходимости изучения живой разговорной речи и речи отдельного индивидуума.

Гумбольдт затронул большой комплекс вопросов, связанных с проблемами сущности языка и его функционирования, но центральной в его лингвистической теории стала проблема внутренней формы языка. Язык состоит из множества элементов: слов, правил, аналогий, всякого рода исключений и т.п. Основой, которая позволяет соединить эти разрозненные части в единое целое, Гумбольдт считает форму языка. Определяя язык как средство познания и выражения “духа народа”, он указывает, что “форму языка составляет нечто постоянное и единообразное в деятельности духа, что возвышает артикулированный звук до выражения мысли”.